Павел Врба: «Многие пришли в «Анжи» и отдыхали»

До того как решиться на работу с махачкалинским «Анжи», Павел Врба дважды выигрывал чешский чемпионат, пять раз подряд признавался тренером года и пробурил национальной сборной прямую дорогу на Евро-2016. Тогда в отборочной группе с Исландией, Турцией и Голландией чехи заняли первое место, правда, на самом турнире во Франции подопечных Врбы ждал вылет уже на групповом этапе. Сразу по окончании Евро чех решил сменить обстановку и отправился покорять Россию.

«Анжи» прошлым летом массово закупал игроков, в основном — средней руки иностранцев, и мечтал хотя бы на чуть-чуть приблизиться к тем временам, когда в Махачкале видели россыпь футбольных звезд, а команда выступала в еврокубках. Но эффектного возвращения у «Анжи» не получилось — Павел Врба не принес сиюминутного результата, а промежуточное место в середине таблицы не устроило руководство. Тут же подоспел план по смене курса развития всего клуба, который не предполагал оплаты услуг чешского специалиста.

Сейчас Врба с улыбкой вспоминает события конца прошлого года — он благодарен «Анжи» за то, что ему дали шанс поработать в российском футболе. А опыт, пусть даже и неудачный, всегда остается опытом — Врба никого не винит в случившемся с ним в Махачкале. С мая 2017-го Павел работает у себя дома в «Виктории», там, где когда-то сделал себе имя, и предпочитает не заглядывать в будущее. Зато о прошлом рассказывать — пожалуйста. В беседе с корреспондентом «Спорта День за Днем» Врба вспомнил о том, как во Францию в разгар чемпионата Европы приезжали представители «Анжи» с контрактом, как не понимал, что можно и нельзя делать в российском клубе, и почему «Анжи» уже не будет таким, как во время Самюэля Это’О.

Знаю, что хочу работать в клубе, а не в сборной

— Вы снова возглавили «Викторию» (Пльзень). Это было лучшее предложение за полгода после ухода из «Анжи» или вы хотели вернуться домой?

— Конечно, «Виктория» — лучшая команда в моей карьере. Впервые возглавил «Викторию» почти десять лет назад, в 2008-м, именно с ней я дважды выиграл чемпионат Чехии и удачно выступил в групповом этапе Лиги чемпионов. Это команда, которую я очень хорошо знаю, знаком с руководителями, сотрудниками, игроками, поэтому я сейчас и здесь.

— Других вариантов не было?

— Конечно, были — и в Чехии, и за рубежом. Но для меня было важно, что «Виктория» выступает в Лиге чемпионов, а я очень хотел играть в еврокубках.

— В сборную Чехии обратно не звали?

— Я ведь и ушел прошлым летом из сборной в «Анжи», потому что уже хотел работать в клубе. Там ты работаешь каждый день с игроками, видишь их постоянно и следишь за их формой, а в национальной сборной по-другому: ты игроков очень долго не видишь, потом они приезжают на десять дней, а потом снова 60 дней паузы. Поэтому это очень тяжелая работа, к тому же на тот момент я уже два года возглавлял сборную Чехии, так что соскучился по работе в клубе. Вот и решил уйти в «Анжи», а теперь работаю в «Виктории» — все это мне больше подходит.

— То есть в будущем не рассматриваете вариант возглавить сборную?

— Я не знаю, что будет в будущем (смеется). Что будет через три-четыре года… Сейчас мне 53, я тренирую «Викторию» и знаю, что хочу работать в клубе, а не в сборной.

— Тогда как расцениваете шансы «Виктории» пробиться в групповой этап Лиги чемпионов? (В первом матче третьего квалификационного раунда «Виктория» вчера сыграла 2:2 на выезде с ФЦСБ из Румынии — «Спорт День за Днем».)

— В Чехии не такие большие команды, как в России, где «Спартак» и ЦСКА, «Зенит» и «Краснодар» почти без проблем могут обеспечить себе участие в групповом этапе. У нас нет столько денег. Однако в «Виктории» собран неплохой состав из чешских футболистов и нескольких сильных иностранцев, и мы хотим пробиться как можно дальше. В квалификации ЛЧ мы начинаем со «Стяуа» из Бухареста — это очень хорошая команда.

— Если пройдете «Стяуа», можете в следующем раунде попасть на ЦСКА. Вам было бы интересно сыграть с армейцами, учитывая, что вы прекрасно их знаете по работе в «Анжи», или для «Виктории» это слишком сильный оппонент?

— У ЦСКА очень интересная команда, мне кажется, они будут посильнее «Стяуа», и нам, конечно, не хотелось бы встречаться с ними. С «Викторией» мы играли с ЦСКА в Лиге чемпионов (2:3 на выезде, 2:1 дома. — «Спорт День за Днем»), помню их еще по работе в России в «Анжи». Армейцы были бы очень сильным соперником.

Многие пришли в «Анжи» и отдыхали

— Вспомните, как вы согласились возглавить «Анжи».

— На чемпионате Европы во Франции ко мне приехали представители «Анжи» с предложением возглавить клуб. Я им сказал, что буду говорить только после Евро, поэтому в июле мы встретились снова в Москве. Переговоры прошли хорошо: у «Анжи» был интерес ко мне, у меня — к работе в России. Я был очень рад возможности поработать в российском чемпионате, посмотреть, что собой представляет российский футбол.

— Не думали о том, что переход в «Анжи» — большой риск для вас? Все-таки это середняк РФПЛ, который уже не живет так, как раньше, во времена больших денег.

— Я ведь не знал Махачкалу, не знал, как ведется работа в России. Тогда «Анжи» был клубом, в который по­стоянно приходило много игроков. Не хочу ничего плохого сказать об «Анжи», ведь я очень рад той возможности, которую дали мне в Махачкале. Однако если бы я сегодня приехал работать в Россию, то не хотел бы, чтобы получилось, как в «Анжи».

— Почему?

— В Махачкале у меня было 11 игроков, а потом в команду начало приходить очень много футболистов — восемь, девять, потом десять новичков. В итоге у меня было очень много игроков, даже слишком. К тому же большой проблемой стало то, что на первых сборах перед стартом сезона у меня в составе были далеко не все игроки, которые имели контракты с клубом.

— Разве вы не могли повлиять на трансферы «Анжи»?

— С трансферами я не работал, этим занималось руководство. После того как я пришел в команду, руководство согласовывало трансферы со мной, интересовалось у меня, кого лучше приобрести. Но проблема в том, что до того, как я оказался в «Анжи», еще до моего прихода клуб договорился с некоторыми игроками, и с ними мне уже пришлось работать.

— Кого попросили купить именно вы?

— Я попросил приобрести Иво Иличевича и Габриэля Обертана, мне сказали: можно. Это были очень хорошие футболисты, я их просматривал и был очень рад, что они оказались в «Анжи». Но вместе с ними приходили и другие игроки… Дело не в том, что это хорошие или плохие футболисты. Понимаете, только в больших клубах всегда все в порядке с трансферами и покупками, там проблем не бывает. «Анжи» пока еще небольшой клуб, так что я нормально отнесся к тому, что мы делали на трансферном рынке. Проблемой было то, что, когда игроки приходили в «Анжи», все были в разной физической форме.

— Поясните.

— Многие пришли в команду и отдыхали, наслаждались — один-два месяца не работали. Кто-то до перехода не тренировался на протяжении 30 дней — приходилось тратить время на то, чтобы они набирали форму. Так было, но я все равно не могу предъявлять претензий — в «Анжи» у меня все было хорошо.

— И все-таки за первую часть сезона вы привели «Анжи» почти в середину турнирной таблицы, как оцените для себя этот отрезок?

— Мы набрали 20 очков в первом круге, что было хорошим результатом. Конечно, я понимал, что руководство «Анжи» хотело иметь на 4–5 очков больше. Однако я все равно не понимаю, почему произошло то, что произошло потом. «Анжи» отказался от многих игроков, отказался от тренера… Не понимаю, почему так случилось, — это для меня загадка. Я поехал домой после окончания первого круга, тогда мне позвонили из клуба и сказали, что я больше не работаю в «Анжи». На этом и все! (Улыбается.)

— Владелец «Анжи» Сулейман Керимов отказался от клуба, а пришедший вместо него Осман Кадиев не захотел тратить много на трансферы и зарплаты.

— Когда я работал в «Анжи», не видел никаких финансовых проблем — все было в порядке. Не могу ничего плохого сказать — в клубе все делалось для игроков, никаких задержек или финансовых затруднений не было. Поэтому не знаю, с чего вдруг руководители сменили курс, — это уже вопрос для них.

Для «Анжи» лимит был большой проблемой

— Мирча Луческу до конца сезона вспоминал, как в Кубке России его «Зенит» проиграл со счетом 0:4 в Махачкале.

— Правда? (Смеется.) Это был действительно очень хороший матч, считаю, это была лучшая игра «Анжи» за все время моей работы в Махачкале. Если бы так всегда играли, то… (Смеется.)

— В Махачкале вы сразу почувствовали, что когда-то там играли Самюэль Это’О и Роберто Карлос?

— Конечно! Каждый раз, когда мы приезжали на стадион, было заметно, что они играли в «Анжи». Память о Роберто и Самюэле сохранилась — люди, которые работали в «Анжи» с ними, все помнили и многое рассказывали мне. Какой это был большой клуб, как «Анжи» боролся за высокие места и как однажды даже занял третье место. Но когда я смотрю на Махачкалу сейчас, понимаю, что такого уже там не будет никогда…

— Назовите лидеров вашего «Анжи».

— У нас был единый коллектив — из Москвы люди или из Махачкалы, все работали на нашу команду. С этим проблем не было. Лидерами в моей команде были Иличевич, вратарь Саша Беленов, Обертан. Эти игроки очень мне нравились, я хотел бы с удовольствием поработать с ними еще, но, к сожалению, не получалось (улыбается). Это были суперигроки! У меня в «Анжи» был еще один молодой парень — Святослав Георгиевский, очень интересный и талантливый футболист. Вообще мне было интересно работать со всеми.

— В РФПЛ вы столкнулись с лимитом на легионеров, что вы о нем думаете?

— Сейчас можно всего шесть иностранцев на поле выпускать? Вот для «Анжи» это было большой проблемой, потому что у нас в составе было много иностранцев и очень мало российских игроков. Очень непросто, когда к каждой игре нужно подбирать пять россиян для состава и вообще подстраиваться под лимит. Думаю, что в еврокубках у «Зенита», «Спартака» и ЦСКА большие проблемы из-за лимита. Наверняка эти команды сталкивались и будут сталкиваться с проблемами, когда одни игроки выходят на еврокубки, а потом не могут играть в чемпионате России из-за лимита. Не думаю, что эти большие клубы довольны — если бы лимита на легионеров не было, им было бы лучше. Тогда бы в «Зените» играли 4–5 русских, а в ЦСКА и «Спартаке» всего 3–4 россиянина. И тогда бы российские команды выступали не только на групповом этапе Лиги чемпионов и Лиги Европы, они бы шли выше и добивались более серьезных результатов.

— Вы цените свой опыт в России, хотели бы вернуться в наш чемпионат?

— Если бы какой-то клуб из России позвал меня, я согласился бы в том случае, если бы знал, что это за команда, кто там работает, что за игроки в составе. Ведь когда я приходил в «Анжи», я не знал совершенно ничего — что можно, чего нельзя. Было очень сложно…

— В Чехии этим летом начались большие покупки — «Спарта» взяла итальянского тренера Андреа Страммачони, который набирает себе игроков. Так же и в «Славии», куда пришли китайские бизнесмены, — пражане приобрели Данни. «Виктория» ведет себя спокойнее — вас не пугает эта ситуация?

— Что значат для России большие покупки? (Смеется.) В Чехии денег не так много, как в России. Китайские спонсоры пришли в «Славию», но это не значит, что они будут ими разбрасываться. В «Славии», как и в «Спарте», есть свои руководители, которые получают какие-то деньги и хотят сделать так, чтобы их команды выиграли чешский чемпионат. И, конечно, они делают какие-то трансферы, но я не вижу в этом большой проблемы. Когда я был в Махачкале, за 30 дней до закрытия трансферного окна мы не знали, какие игроки будут в команде и как мы будем играть. Будет ли такое в «Славии»? Надо посмотреть, подождать. Пока непонятно, как эта ситуация отразится на чешском футболе.

 

Источник: sportsdaily.ru

Добавить комментарий